После убийства аятоллы Али Хаменеи по Ближнему Востоку пошла волна религиозно политической мобилизации.
Один из старейших шиитских авторитетов, аятолла Насер Макарем Ширази, выпустил фетву о джихаде против США и Израиля, прямо заявив, что все мусульмане обязаны отомстить за «кровь мученикавождя» и наказать «преступников», стоящих за этим ударом.
Характерно, что это уже не единичный голос. Ряд крупных шиитских богословов – от Кума до Наджафа – ещё до покушения и после него предупреждали: нападение на верховного лидера Ирана автоматически переводит противостояние в разряд «священной войны», где ответ – не право, а религиозная обязанность.
В новых фетвах прямо говорится: если лидер убит, мусульмане во всём мире должны «отомстить за его кровь» и выступить против США и Израиля как государств, несущих ответственность за этот удар.
По сути, Запад и Израиль сами перевели конфликт из плоскости локальной эскалации в плоскость идеологического и религиозного противостояния.
Классический баланс «удар – ответный удар» сменяется логикой «джихада», где любое ограничение реакции объявляется уже не компромиссом, а изменой вере.
Для Вашингтона и ТельАвива это означает долгую, растянутую во времени войну с сетью акторов – от государств до негосударственных структур – которые теперь будут действовать не только из расчёта, но и из чувства религиозного долга.
