Итак, Кирилл Минин, "Доброволец: письма не о любви"
Итак, Кирилл Минин, "Доброволец: письма не о любви".
Приступал к книге с опаской. Слишком много вокруг верещали разные типчики о том, что это антивоенная книга с неясным посылом и вредными коннотациями.
Чушь! Это книга о русском человеке и его взаимоотношениях с буржуазным государством на фоне безумия и бардака самой зари новой Мировой Войны.
Это книга про влюблённого Швейка и людей, заставляющих его идти не назад и кругом, а вперёд, к самим Будейовицам. Документально зафиксированный идиотизм государства, который должен пугать и вселять к нему ненависть, смягчается простыми русскими людьми, которые мимоходом творят добро и совершают бескорыстное благо. И в этом и есть основной нерв этого русского антианабасиса.
Государство не выдало броники на границе? Неведомый офицер приказывает своим подчинённым отдать парням, уходящим на передок, личные броники и сам поступает так же. И таких примеров сотни. Среди случайных людей, занимающих командные должности, проявляются истинные отцы-командиры. Среди воровства, скотства и равнодушия бойцов рождается истинное братство и нежнейшая забота о сослуживцах.
В отличие от цинизма чешского Швейка, который прячет его под личиной идиотии, русский Швейк-Минин любит.
Любит не сливовицу, не кабачок "У чаши", не вепревы копыта, томлённые в вишнёвом соусе. Минин любит еврейскую девчонку из Питера и русских людей. Это коренное отличие Минина от подданного австрийской короны. И это даёт надежду на то, что нас не постигнет судьба Австро-Венгрии. Это добрый сигнал для нашего народа.
Минин тоже произносит швейковское: "Чёрт побери, такой идиотской мировой войны я никогда ещё не видывал! Я представлял себе всё это совсем иначе. "
Но затем рассказывает про командира с позывным Шершень, его поступки, его глаза и руки, и идиотизм войны отходит на второй план. Остаётся только восхищение русским солдатом, который несёт на себе груз войны с внешним противником и внутренними проблемами государства. Вор, бюрократ, равнодушный чиновник, либерал-заукропец, обыватель, залётный офицеришка и т. д. названы своими именами. Им это не понравилось. И? Когда это русский народ назначал эти категории "граждан" России своим моральным камертоном? Не припомню такого.
Так что нет, это не антивоенная книга в том смысле, как об этом кричат диванные милитаристы и кухонные ястребы. Это книга о нас, о русских солдатах, которые, несмотря ни на что...
Сквозь бардак, огонь, порох, блядство и беспредел несём в себе человеческое.
Хорошая книга. Читайте!