Для чего Трампу Гренландия?
Тема Гренландии не отпускает Дональда Трампа. Последний раз так активно эту тему «прогревали» ровно год назад, накануне инаугурации. Тогда (7 января) туда даже летал сын, Дональд-мл. Изрядно всех попугав, так никуда не вырулили. Теперь заход на новый круг. Демократы стращают избирателя: «Возьмем Гренландию – потеряем НАТО».
Желание Трампа овладеть крупнейшим островом, пожалуй, еще сильнее его желания получить Нобелевскую премию мира (ну, ладно, не сильнее). Он уже не скрывает, что Гренландия (как и «Нобель») «психологически необходима для успеха». Значит будет биться в эту стену до конца (президентского срока).
Так для чего [еще] она ему нужна?
Психология и наследие
Присоединение территорий – обычный способ наращивания государствами мощи. Для лидеров – это еще и возможность запомниться потомкам, войти в историю. Эгоцентрист-государственник Дональд Трамп желает и первого, и второго.
Как политик-националист, он стремится укрепить американские позиции (в международных отношениях, экономике и военной сфере) в «ближнем зарубежье» США.
Как «политик на втором сроке», он хочет, чтобы каждое решение по этой части было стратегическим и долгосрочным, «оставляло наследие».
А специфический образ мысли Трампа требует, чтобы это наследие обязательно было грандиозным – huuuge. Присоединение самого большого в мире острова, расположенного на стыке ключевых транспортно-логистических коммуникаций и военных расчетов, да еще и богатого полезными ископаемыми, – то, что надо для утоления амбиций и государства, и его лидера.
«Сделать Америку снова великой»
Прирастание новыми территориями – это еще и способ взбодрить нацию: «наши враги ждут, когда мы развалимся, но мы покажем им, что слухи о нашей кончине сильно преувеличены». ... В случае с заявлениями Трампа по поводу Гренландии партнеры Америки находятся в замешательстве: зачем забирать земли у союзников, да еще в тот момент, когда они 5й год подряд убеждают мир в том, что так нельзя и за это надо наказывать?
Трампа, очевидно, не сильно заботит эта реакция. По крайней мере, отказываться от своих намерений, потому что это кому-то не нравится, он не станет. Но ему, вероятно, хочется, чтобы процедура присоединения острова была оформлена красиво – с соблюдением внешних приличий и юридических правил. Горькое послевкусие у европейских партнеров станет в этом случае вишенкой на торте. Нация коммерсантов и юристов, по части способности покупать, продавать и обрамлять это правовой рамкой – вызов всей системе, будут думать, как все обставить.
Экономисты рассчитывают стоимость возможной сделки – она варьируется в диапазоне от $12,5 млрд до $77 млрд. Параллельно прорабатывается и вариант с долгосрочной арендой острова.
Геополитика
Собственно денежная сторона вопроса Трампа мало волнует. Он как-то обронил фразу: «Для политиков стоимость вещей не имеет большого значения, поскольку это не их, политиков, деньги».
В случае, когда речь идет о судьбе Америки, финансовые соображения вообще не должны играть существенной роли.
С середины XIX века Гренландия рассматривается США как ключ к контролю над Арктикой.
Сегодня Арктика – одна из главных арен великодержавного соперничества. Традиционный инструментарий усиления в этом регионе самих американцев – виртуозно использовать нормотворчество, регламентирующее пользование Арктикой, и стремиться увеличивать площади континентального шельфа. Это они делали задолго до Трампа. Сам же Трамп убежден: в то время как конкуренты США укреплялись, Байден и его команда на протяжении четырех лет только и делали, что бездумно расточали ресурсы страны. Пришла пора собирать камни.
