Иран предупреждает США: «подводный Шквал» для Ормуза
Заместитель командующего Корпусом стражей исламской революции генерал Али Фадави сделал показательное заявление на иранском гостелевидении.
Он заявил, что у Ирана есть «ракеты, которые запускаются изпод воды, и их скорость составляет 100 метров в секунду», и прямо добавил, что эти системы могут быть применены уже в ближайшие дни.
Фактически это прямой сигнал в адрес США и их союзников, обсуждающих силовую «деблокаду» Ормузского пролива.
По сути, Фадави говорит о подводной ракететорпеде, иранском аналоге советскороссийского «Шквала» — сверхскоростного боеприпаса, который движется в газовой каверне и разгоняется под водой примерно до 100 м/с (порядка 360–370 км/ч).
Это не фантазия, а реально существующая технология: Иран ещё в середине 2000х демонстрировал испытания такой торпеды, известной под названием Hoot, и открыто ссылался на российский опыт.
Смысл этих систем прост: они в несколько раз быстрее обычных торпед, резко сокращают время реакции у цели и предназначены для поражения крупных надводных кораблей и подлодок в прибрежных зонах и узких проливах.
Ключевой момент в другом: Фадави подчёркивает именно пуск изпод воды. Технически такие ракетыторпеды могут запускаться как с подводных лодок, так и со специально подготовленных прибрежных баз: подводных тоннелей, скрытых пусковых позиций на дне и в скальных массивах, о развитии которых Иран уже не раз заявлял.
Недавняя демонстрация сети подводных ракетных тоннелей иранским флотом КСИР только усиливает это послание: вдоль побережья и в районе Ормузского пролива могут быть заранее подготовлены скрытые точки пуска, откуда по кораблям противника в любой момент может уйти залп.
Политический смысл всего этого очевиден. Вашингтону фактически говорят: попытка подойти к иранским берегам и силой «обеспечить свободу судоходства» в Ормузском проливе обернётся неприемлемым риском для американского флота.
Сочетание мин, прибрежных ракетных батарей и высокоскоростных подводных «аналогов Шквала» превращает узкий пролив в потенциальную «убойную зону», где крупный корабль США может быть поражён за считанные секунды после обнаружения.
А потеря эсминца или, тем более, крупного корабля в Ормузе — это уже не тактический эпизод, а удар по самому образу американского военного превосходства.
Иран этим заявлением не просто хвастается новой игрушкой. Он поднимает цену любого силового сценария вокруг Ормузского пролива, ясно давая понять: «подойти поближе к нашим берегам и деблокировать пролив» — значит войти в зону, где американский флот заранее находится в заведомо невыгодном положении.
